Террор и пропаганда как орудия нацизма

ГебельсВажнейшими инструментами упрочения нацистского ре­жима являлись террор и пропаганда. Основным методом террора стало лишение свободы. Особенно широко при­менялись превентивные аресты, проводимые без судебного решения, сроком от нескольких дней до многих месяцев. По­водом к такому аресту могло стать простое подозрение в сим­патиях к компартии или в «связях с марксистами». Человек, арестованный полицией, мог считать, что ему еще повезло. Куда хуже приходилось тем, кого хватали штурмовики, уст­роившие к весне 1933 г. только в Берлине более 50 пыточных бункеров и подвалов.

Поток арестованных непрерывно возрастал. В марте 1933 г. по приказу Г. Гиммлера в Дахау (близ Мюнхена) в бараках бывшей пороховой фабрики был устроен первый крупный концентрационный лагерь. К концу года в нем содержалось около 5000 заключенных, которых охраняли особые части СС — дивизия «Мертвая голова». В основном это были комму­нисты, затем — социал-демократы и прочие «политические враги государства», составлявшие более трех четвертей всех узников. Дахау стал моделью для других концлагерей, заме­нивших тюрьмы и каторгу.

К середине 1933 г. концлагеря существовали во всех облас­тях Германии. Однако прежняя регулярная полиция не очень подходила на роль инструмента беспощадного террора. По­этому по инициативе Г. Геринга вначале в Пруссии, а затем и в других землях была создана тайная государственная полиция гестапо’ с задачей расследования всех «опасных для государства политических устремлений». Постепенно по­литическая полиция начала переходить под контроль Г. Гиммлера, бывшего тогда шефом баварской полиции, хотя номинально она оставалась под надзором Геринга. Организа­тором этого процесса явился Р. Гейдрих, бывший морской офицер, а ныне — группенфюрер СС.

Перед ведомствами СС были поставлены три основные зада­чи: 1) слежка и надзор за всем населением; 2) выявление и пре­следование противников режима; 3) наказание несогласных с режимом. Первую задачу решала служба безопасности — СД2 во главе с Гейдрихом. Поскольку всякое общественное мнение было загнано в подполье, то служба безопасности рас­полагала обширной сетью тайных агентов, доносивших «о на­строениях».

Если служба безопасности (СД) была «глазами и ушами» нацистского режима, то гестапо и полиция, решавшие вторую задачу, — его «рукой». С июня 1936 г. все органы полиции и СС оказались под контролем рейхсфюрера СС и шефа немец­кой полиции Гиммлера. Политическую и криминальную поли­цию возглавил Гейдрих, а полицию порядка (охранные отря­ды, местная полиция и жандармерия) — генерал К. Далюге. Объединение под эгидой СС политической и криминальной по­лиции стало существенным фактором усиления террора.

В концлагерях решалась третья задача — наказание и унич­тожение противников нацистского режима. Помимо Дахау, к 1937 г. заработали еще два крупных лагеря — Заксенхаузен (под Берлином) и Бухенвальд (близ Веймара). К этому времени в дивизии СС «Мертвая голова» насчитывалось 3500 человек.

Столь же важным инструментом режима, как и террор, стала пропаганда. Ее задача состояла в привлечении на сторону нацизма того большинства избирателей, которые в марте 1933 г. не отдали Национал-социалистической рабо­чей партии Германии (НСДАП) свои голоса. Никто не пони­мал лучше самого А. Гитлера значение пропаганды для ста­бильности режима и для успешного ведения современной вой­ны. В его книге «Майн кампф» глава, посвященная этой проблеме, была не только одной из лучших, но и невероятно циничной. Нацисты, как ни одна другая партия, использовали все средства пропаганды — прессу, радио, кино, грамплас­тинки, огромные плакаты — в качестве орудия политической борьбы. В избирательной кампании 1933 г. все предвыборные речи Гитлера транслировались по радио и таким образом про­граммные положения партии доходили до каждого потенци­ального избирателя.

Имперское министерство народного просвещения и пропа­ганды под руководством Й. Геббельса было создано в марте 1933 г. Благодаря заблаговременной подготовке его организа­ция заняла всего несколько недель. Новое министерство сразу присвоило себе функции других правительственных органов. Министерство иностранных дел уступило ему заграничное ве­щание; Министерство внутренних дел — вопросы культуры; Министерство экономики — организацию рекламы, выставок и ярмарок; Министерство транспорта и связи — радио и теле­граф. Это было логично, но в дальнейшем приводило к бесчис­ленным спорам о компетенции работников министерства в тех или иных вопросах. Нацистская пропаганда носила тоталь­ный характер, т. е. была направлена на все население и на все сферы жизни. Геббельс выработал золотое правило пропаганды — простота, размах и концентрация. Днем и ночью, на улице и на работе, дома и в магазинах, в ресторанах и ки­нотеатрах на людей обрушивались потоки пропагандистских материалов. Несомненно, Геббельс был блестящим пропаган­дистом. Не случайно американский историк Р. Герцштейн на­звал свою книгу о нацистской пропаганде «Война, которую выиграл Гитлер».

В государстве и партии Геббельс занимал три поста — ми­нистра пропаганды, руководителя Имперской палаты культу­ры и главного партийного пропагандиста. Однако в руководст­ве пропагандой у него было два серьезных «конкурента» из числа «старых бойцов» партии — рейхсляйтер по делам прессы М. Аман и начальник отдела прессы в правительстве О. Дит­рих. Аман уже в 1921 г. руководил центральным издательст­вом партии в Мюнхене, а к началу войны контролировал 80% газетных издательств Германии. Без его разрешения никто не мог издавать газеты в Третьем рейхе. Дитрих оказывал боль­шое влияние на содержание пропагандистских материалов, поскольку получал личные указания фюрера, отнюдь не всег­да согласовывавшего тезисы своих выступлений с Геббельсом. В сферу деятельности министра пропаганды постоянно вторгался также официальный идеолог партии А. Розенберг, откровенно называвший доктора Геббельса «аморальным ти­пом». Но острый на язык Геббельс не оставался в долгу и пуб­лично именовал Розенберга «сумасшедшим обитателем пси­хушки» и «шумным дурачком».

Дебютом министра пропаган­ды стал «день Потсдама», 21 мар­та 1933 г. Это был прекрасно пос­тавленный спектакль по хорошо написанной пьесе о мирном сою­зе молодого нацистского движе­ния и доброй старой Пруссии. Сценой служила гарнизонная церковь в Потсдаме, где на свое первое заседание собрался но­вый состав рейхстага. Под звон колоколов, оглушительный са­лют и  аплодисменты вставших зрителей рейхсканцлер А. Гитлер в  мешковато   сидевшей  на   нем черной    визитке    и    президент  П. Гинденбург в форме кайзеровского фельдмаршала после ко­ротких речей обменялись символическим рукопожатием над саркофагом их общего кумира Фридриха Великого. Все выгля­дело так, будто Третий рейх становился единственным закон­ным наследником и продолжателем кайзеровской империи.

        Рубрика: Национал социализм Германии (1933-1939).
       

Подпишись на RSS

rss Подпишитесь на RSS для получения обновлений.

Рубрики

Метки