Выдвижение Папена рейхсканцлером

Франц фон ПАППЕН

Голосование

Новый рейхстаг, в котором Папена практически никто не поддерживал, еще не приступил к работе, а глава прави­тельства уже заручился президентским декретом на право его роспуска. Однако зачитать декрет рейхсканцлер так и не смог: забыл его дома. Председатель рейхстага Г. Геринг упор­но «не замечал» просившего слова Папена и предложил не­медленно голосовать за предложенный депутатами от КПГ во­тум недоверия правительству. Коммунистов поддержало абсо­лютное большинство — 513 депутатов. Тем неменее рейхстаг признал президентский декрет о роспуске парламента и назначил новые выборы на 6 ноября 1932 г. За несколько дней до них коммунисты и нацисты совместно поддержали всеобщую пятидневную забастовку транспортни­ков Берлина, выступавших против снижения заработной пла­ты. Такое единение противников вызвало настороженность деловых кругов Германии, опасавшихся мнимой возможности образования красно-коричневой коалиции.

На парламентских выборах нацисты потеряли 2 млн голо­сов и 34 места в рейхстаге. Эти голоса отошли в основном к на­ционалистам, увеличившим свою фракцию до 52 представите­лей. Коммунистическая партия, за которую на этот раз про­голосовало на 700 тыс. человек больше (ее новые избиратели ранее голосовали за социал-демократов), Получила 100 депу­татских мест. Фракцию СДПГ теперь составлял только 121 де­путат. Прочие партии в целом сохранили свои позиции. Важ­нейшим итогом выборов стало доказательство того, что НСДАП практически исчерпала свои возможности и вряд ли сможет добиться в политике большего.

Встревоженные такой ситуацией, крупнейшие представи­тели тяжелой промышленности, банков, аграрных кругов по инициативе Я. Шахта направили президенту послание, в ко­тором вежливо, но весьма недвусмысленно говорилось, что во избежание дальнейших «экономических, политических и ду­ховных потрясений» следует не распускать в очередной раз рейхстаг и проводить новые выборы, а назначить рейхсканц­лером «лидера крупнейшей национальной группы» (имя Гит­лера прямо не называлось), чтобы «подкрепить кабинет наи­большей народной силой».

Тем временем заранее информированный о письме Папен решил еще раз попытаться договориться с Гитлером о вхожде­нии его в правительство. Это угрожало планам военного мини­стра Шлейхера, который стремился ограничить свободу дей­ствий Гитлера своим соглашением с левым крылом нацистской партии во главе с Г. Штрассером и с лидерами реформистских профсоюзов. Когда в мае 1932 г. Шлейхера спросили о моти­вах, по которым он выдвинул Папена в рейхсканцлеры, гене­рал полушутя ответил, что ему была нужна не голова, а шля­па. Теперь же шляпа решила поискать себе другую голову. Но переговоры Папена, а затем и Гинденбурга с Гитлером сно­ва закончились неудачей. Глава нацистов продолжал категорически настаивать на передаче ему власти безо, всяких огово­рок, хотя его ближайшее окружение уже было согласно не­медленно войти в правительство.

Тогда рейхсканцлер совместно с министром внутренних дел В. Гайлом выработал удивительный по политической на­ивности план изменения Конституции. Суть поправок, кото­рые должны быть внесены президентским указом, сводилась к тому, чтобы превратить демократическую республику в ав­торитарно-сословное государство, в котором небольшая груп­па консерваторов будет управлять лишенными всех прав мас­сами. Сознавая, что такое изменение Конституции незаконно, Папен все же надеялся убедить Гинденбурга признать смену государственного устройства как единственный выход из по­литического лабиринта.

Однако против принятия этого плана неожиданно высту­пил Шлейхер. Он не без оснований опасался того, что экстре­мистские партии, которые имели около 1 млн вооруженных приверженцев и которых поддерживали 18 млн избирателей, попытаются предотвратить такой государственной переворот. А это уже грозило гражданской войной и всеобщим хаосом. Рейхсканцлер предложил президенту тотчас отправить мини­стра обороны в отставку. Но Гинденбург заявил, что не желает на склоне лет нарушать присягу на верность Конституции и брать на себя ответственность за возможную гражданскую войну и предлагает попытать счастья Шлейхеру.

2 декабря 1932 г. впервые после Л. Каприви, назначенного германским рейхсканцлером в 1890 г., во главе правительства встал искушенный в политике генерал. Берлин погряз в инт­ригах и заговорах настолько, что к началу 1933 г. уже совер­шенно невозможно было разобрать, кто с кем объединяется и кто кого предает.


Подпишись на RSS

rss Подпишитесь на RSS для получения обновлений.

Рубрики

Метки