Рассогласованность политических сил

Германская газета ВолкишерМногочисленные политические конфликты в Германии се­редины 20-х годов между республиканцами и правыми сила­ми не принесли победы ни одной из сторон, впрочем, как и по­ражения. Политическая ситуация находилась в состоянии не­устойчивого равновесия.

Правительство парламентского меньшинства стремилось доказать правым кругам свою «национальную благонадеж­ность». В мае 1926 г. это ясно продемонстрировал правитель­ственный указ, по которому имперский черно-бело-красный флаг немецкого торгового флота приравнивался к флагу рес­публики и должен был висеть рядом с ним во всех торговых и консульских учреждениях Германии за рубежом. Указ при­вел не только к бурной общественной полемике, но и к тому, что рейхстаг большинством голосов выразил рейхсканцлеру недоверие. Но этот успех демократов и левых не был развит далее. Президент П. Гинденбург назначил новым главой пра­вительства лидера партии «Центр» В. Маркса, который не только сохранил весь прежний кабинет министров, но и не от­менил провокационное решение об имперском флаге.

В том же 1926 г. состоялся всколыхнувший всю Германию референдум по поводу княжеских имуществ, которые были конфискованы после Ноябрьской революции 1918 г. Вначале прусское правительство согласилось с требованием Гогенцол-лернов выплатить им компенсацию в 500 млн марок. После этого все правившие до 1918 г. династии предъявили свои претензии, достигшие суммы в 3 млрд золотых марок. Эти требования активно поддержали правые партии, отвергавшие безвозмездную конфискацию имущества, законопроект о ко­торой внесла в рейхстаг фракция Коммунистической партии Германии (КПГ). Коммунисты и социал-демократы поддержали возникшую среди рабочих идею проведения всенародного референдума. Референдум прошел 20 июля (в нем приняли участие 14,4 млн человек, т. е. 36,4% имеющих право голоса), но не достиг цели, так как для принятия положительного ре­шения требовалось 20 млн голосов. Успех в выявлении обще­ственного мнения показал значительный потенциал обеих ра­бочих партий в случае их совместных действий. Однако уста­новить прочное сотрудничество партиям не удалось. Напротив, с 1928 г. КПГ безоговорочно приняла установку Коминтерна на борьбу   с «социал-фашизмом».

Если опираться на разработанную выдающимся ученым М. Вебером концепцию легитимации власти в трех идеаль­но-типических формах — традиционной, рациональной и ха­ризматической, — то следует признать, что в Веймарской рес­публике не наблюдалось ни одной из них.

Традиционную легитимацию власти воплощала прежняя монархия. Попытки демократов мобилизовать традиции на­ционализма для реализации идеи «общенародной интегра­ции» закончились самым плачевным образом. Направленный против Версальского диктата немецкий национализм обер­нулся впоследствии ярым врагом республики.

Не было и рациональной легитимации власти, хотя к ней имелись предпосылки в виде закрепленных Конституцией ос­нов свободного правового государства и социально-политиче­ских прав граждан. Однако для их реализации так и не уда­лось создать экономическую базу.

Была невозможна и харизматическая легитимация влас­ти. Крах массового революционного движения вошел в созна­ние многих его участников как опыт горького разочарования. К тому же ни прежние, ни новые политики веймарского пери­ода не обладали харизмой. Даже Г. Штреземан, при всем ува­жении к его личности, не смог сформировать в мировом обще­ственном мнении доверительное отношение к республике.

К концу 20-х годов во всех партиях ощущалась тоска по вождю, способному мобилизовать и сплотить вокруг себя мас­сы. Общее недовольство издержками парламентской демокра­тии и правительственной чехардой вело к «поправению» бур­жуазных партий. Особенно это было заметно у Немецкой на­циональной народной партии (НННП), которую в 1928 г. возглавил А. Гутенберг, рассматривавший нацистов уже как возможных союзников. На последнем этапе стабилизации все политические силы Веймарской республики испытали горечь крушения. Социа­листическая модель перестройки общества была отвергнута уже в 1919—1920 гг. Коммунисты были травмированы не­удачей октябрьского выступления 1923 г. Социал-демократы и либералы после провала на выборах 1920 г. постоянно за­нимали оборонительные позиции. Партия «Центр» ограни­чивалась компромиссами то с правыми, то с левыми силами.

За неполные двенадцать лет Веймарская республика ис­пробовала все политические комбинации и везде потерпела неудачу. Многообразие и динамика социально-политических движений и концепций, которые так отличают веймарский период от других эпох немецкой истории, привели к невидан­ной дискредитации политики. Следствием стало неприятие демократической модели общественного устройства и усиле­ние тяги к сильной авторитарной власти.

Однако этот процесс потери интереса к компромиссам не согласуется с распространенным тезисом о «самоотречении демократии». Хотя свобода действий сторонников демократии постоянно уменьшалась, это еще не означало неотвратимости краха республики. Блокирование демократического выхода из кризиса не делало его невозможным, только все более нере­альным.

        Рубрика: Годы стабилизации 1924-1929..
       

Подпишись на RSS

rss Подпишитесь на RSS для получения обновлений.

Рубрики

Метки